ПЕСНЬ ДВАДЦАТАЯ

 
5    Стал себе ложе готовить в сенях Одиссей богоравный.
Вниз воловью постлал недубленую шкуру, а сверху
Много овчин набросал от овец, женихами убитых.
А Евриклея, как лег он, его одеялом покрыла.
Там Одиссей, женихам истребление в мыслях готовя,		 Евриклея — кормилица Одиссея, узнавшая его по шраму на ноге.
10 Глаз не смыкая, лежал. Из зала в то время служанки,
Бывшие также и раньше в любовной связи с женихами,
Весело вон выбегали, смеясь меж собой и болтая.
Дух Одиссеев в груди у него глубоко возмутился.
Долго он в духе и в сердце своем колебался, не зная,

15 Броситься ль прямо на них и всех перебить беспощадно
Или позволить и эту им ночь провести с женихами -
В самый последний уж раз. Внутри его сердце рычало.
Как над щенятами стоя бессильными, грозно собака
На человека чужого рычит и готова кусаться, 

20

Так его сердце внутри на их непотребства рычало.
В грудь он ударил себя и сердцу промолвил сердито:

   "Сердце, терпи! Ты другое еще погнуснее стерпело
В день тот, когда пожирал могучих товарищей наших
Неодолимый циклоп. Ты терпело, пока из пещеры  
25

Хитрость тебя не спасла, уже к верной готовое смерти".

   Так говорил Одиссей, браня в груди свое сердце.
И подчинилось приказу оно и сносить продолжало
Все, что тут делалось. Сам же он с боку ворочался на бок
Так же, как если желудок, наполненный жиром и кровью,  
Афина - богиня справедливой войны и победы, мудрости, знаний, искусств и ремесел, покровительница городов и государств, наук и ремесел. Дочь Геры и Зевса. 30 Жарит на сильном огне человек и его непрерывно
С боку ворочает на бок, чтоб был он готов поскорее, -
Так Одиссей на постели покоя не знал, размышляя,
Как на лишенных стыда женихов - одному против многих -
Руки ему наложить. Подошла к нему близко Афина, 
35

С неба сошедши на землю, принявшая женщины образ.
Стала в его головах и к нему обратилася с речью:

   "Что ты не спишь, наиболе несчастный меж всеми мужами?
Что тебе надобно? Вот он, твой дом, вот жена твоя в доме,
Вот он и сын твой, какого иметь пожелал бы и всякий".

40

   Ей на это в ответ сказал Одиссей многоумный:

   "Все это ты говоришь, богиня, вполне справедливо.
Вот чего я, однако, никак разрешить не умею:
Как на лишенных стыда женихов, одному против многих,
Руки мне наложить? Их всегда здесь толпится так много!
45

Соображенье еще и важнее мне сердце смущает:
Если я даже, по воле твоей и Кронида, убью их, -
Как я последствий смогу избежать? Подумай об этом".

   Так отвечала ему совоокая дева Афина:

   "Тот же всегда! Доверяют и другу, похуже который

Арес — бог коварной, вероломной войны, сын Зевса и Геры. По некоторым мифам, супруг Афродиты.  Ему соответствует римский Марс. 50 Смертным родился на свет и ума не имеет такого.
Я же, богиня, давно охраняю тебя непрестанно
Во всевозможных трудах и ясно скажу тебе вот что:
Если бы воинов сильных хотя бы и двадцать отрядов
Нас окружило, убить собираясь в Аресовой схватке,
55

То и тогда и коров и овец мы у них бы угнали!
Пусть же возьмет тебя сон. Большое мученье на страже
Бодрствовать ночь напролет. Из несчастий ты вынырнешь скоро".

   Так сказала и сон ему пролила на ресницы.
После того на Олимп богиня богинь удалилась. 
Артемида — богиня охоты, богиня плодородия, богиня женского целомудрия, покровительница всего живого на земле, дающая счастье в браке и помощь при родах. Дочь Зевса и богини Лето, сестра-близнец Аполлона. В римской мифологии -  Диана.  60    Сон, разрешающий скорбь у людей, расслабляющий члены,
Им овладел. В это время как раз Пенелопа проснулась,
Села на мягкой постели своей и заплакала горько.
Горестным плачем когда Пенелопа насытила дух свой,
Прежде всего начала Артемиде богине молиться: 
65    "Зевсова дочь Артемида, богиня владычица, если б
В грудь поразивши стрелой, ты дух мой исторгла из тела
Тотчас, теперь! Или позже меня подхватила бы буря
И унесла бы далеко дорогой, окутанной мраком,
В устье швырнув Океана-реки, круговратно текущей!		 Океан — один из богов-титанов, сын Урана и Геи, брат и муж титаниды Тефиды, отец потоков и океанид.
Афродита - богиня любви и красоты. Дочь Урана. По Гомеру, жена Гефеста; по др. мифам - жена Ареса. Яблоко раздора в споре между Афродитой, Герой и Афиной присуждено Парисом Афродите за помощь в похищении Елены. Символ любви и сексуального желания. Безжалостна к тем, кто отвергает любовь. Афродите соответствует римская Венера. 70 Ведь унесла ж дочерей Пандареевых некогда буря.
Боги родителей их истребили, они сиротами
В доме остались. Вскормила детей Афродита богиня
Сыром, сладостным красным вином и медом сладчайшим.
Гера дев одарила умом, красотой, Артемида 
75 Чистая - стройностью стана, богиня Паллада Афина
Их обучила искусству во всяческих женских работах.
Раз на великий Олимп поднялась Афродита богиня
С просьбой к отцу, чтобы девам свершенье цветущего брака
Дал веселящийся молнией Зевс, который все знает,		 Зевс — верховный бог. Бог неба, грома и молнии, верховный блюститель справедливости, покровитель молящих и странников. Сын титана Кроноса и Реи. Низвергнув в Тартар своего отца Кроноса, стал владыкой богов и людей. Брат Аида, Деметры и Посейдона. Зевсу соответствует римский Юпитер.

80 Что предназначено в жизни судьбою, что нет человеку.
Гарпии девушек прочь в это время умчали из дома
И предоставили их попеченью ужасных эринний.
О, если б так и меня олимпийские боги сгубили
Или б сразила стрелой Артемида, чтоб я Одиссея
85 Снова увидеть могла, хоть сошедши под страшную землю,
Чтобы мне быть не пришлось утехою худшего мужа!
Переносимы, однако, бывают несчастья, когда кто
Плачет все дни напролет, жестоко печалуясь сердцем,
Ночи же сон им владеет. Про все человек забывает -
90 И про печаль и про радость, лишь сон ему веки покроет.
Мне же и самые сны лишь зловещие бог посылает.
Кто-то, на мужа похожий, меня обнимал этой ночью,
Был он, каким отправлялся в поход. Охватила мне сердце
Радость, и думала я, что это не сон, а уж правда".
Эос — богиня утренней зари, выезжающая на двух бессмертных конях Лампе и Фаэтоне на небо и поливающая землю росой. Дочь титана Гипериона и титаниды Тейи. Сестра Гелиоса и Селены. От Титона (сына царя Трои Лаомедонта) родила героя Мемнона. От нее и Астрея родились звезды и боги ветров (Борей, Евр, Зефир и Нот). Ей соответствует римская Аврора. Ее возлюбленный Орион был убит стрелой Артемиды. 95    Так говорила. Пришла между тем златотронная Эос.
Горестный плач Пенелопы до слуха дошел Одиссея.
Он в сомненье пришел и подумал: быть может, царицей
Узнан уж он и она над его головой наклонилась?
Взяв одеяло, овчины собрав, на которых лежал он, 
100

В зале на кресло сложил Одиссей их, а шкуру воловью
Вынес наружу. И, руки воздевши, молился он Зевсу:

   "Зевс, наш отец! Если все вы меня, хоть измучив немало,
Морем и сушей в отчизну сюда привели не случайно,
Пусть кто-нибудь, кто проснется, мне вымолвит вещее слово, - 
105

Здесь, внутри, а снаружи пусть знаменье будет от Зевса!"

   Так сказал он, молясь. И Зевс его мудрый услышал.
Тотчас он загремел с сияющих глав олимпийских,
Сверху, из туч. Одиссей большую почувствовал радость.
Вещее ж слово вблизи раздалось, от рабыни, из дома,

110 Там, где мололи муку рабыни для пастыря войска.
Их двенадцать трудилось на мельницах женщин, готовя
Ячную к хлебу муку и пшеничную - мозг человека.
Спали другие, окончив работу, а эта, слабее
Всех остальных, лишь одна продолжала все время работать, 
115

Жернов оставив, она вдруг промолвила вещее слово:

   "Зевс, наш родитель, владыка богов и людей земнородных!
Как оглушительно ты загремел с многозвездного неба!
Туч же не видно нигде. Это - знаменье дал ты кому-то.
Слово несчастной исполни, с которым к тебе обращаюсь.
120

Пусть пленительный пир в чертогах царя Одиссея
Нынче для всех женихов окажется самым последним!
Те, кто трудом изнурительным мне сокрушили колени
В этой работе, пускай никогда уже впредь не пируют!"

   Так говорила. И рад Одиссей был тому, что услышал,
125

Так же, как Зевсову грому: решил, что отмстит негодяям.

   Все остальные служанки, собравшися в дом Одиссея,
Неутомимый огонь на большом очаге запалили.
Встал с постели меж тем Телемах, на бессмертных похожий,
В платье оделся, отточенный меч чрез плечо перебросил,

130

К белым ногам привязал красивого вида подошвы,
Крепкое в руку копье захватил, заостренное медью,
Остановился, ступив на порог, и сказал Евриклее:

   "Милая нянюшка, как же вы странника в доме почтили?
Дали ль поесть, уложили ль? Иль так он лежит, без уходами 
135

Этого можно от матери ждать, хоть она и разумна.
То необдуманно вдруг человека окружит почетом
Худшего, то отошлет и лучшего с полным презреньем".

   Тут ему Евриклея разумная так возразила:

   "Нет, не вини ее нынче, невинную, сын дорогой мой!
140 Пил он вино, с Пенелопою сидя, сколько хотелось.
Есть же, ответил, не хочет. Ему она предлагала.
Только что время пришло, как о сне и постели он вспомнил,
Тотчас рабыням она постель постелить приказала.
Но, как очень несчастный, судьбой обойденный жестоко,
145

Под одеялом на мягкой постели он спать отказался.
На недубленую шкуру воловью с овчинами сверху
Лег он в сенях. Одеялом же мы его сами покрыли".

   Так сказала она. С копьем Телемах из чертога
Вышел. Следом за ним две резвых собаки бежали.
150

Путь он направил на площадь к красивопоножным ахейцам.
Стала служанок скликать Евриклея, богиня средь женщин,
Дочь домовитая Опа, рожденного от Пенсенора:

   "Живо, за дело! Одни - обрызгайте пол поскорее
И подметите его, а потом на кресла накиньте
155 Пурпурнокрасные ткани. Другие - столы оботрите
Губками, дочиста все пировые кратеры помойте,
Вымойте также и кубки двуручные. Третьи идите
Воду сюда принести из ключа, да скорей возвращайтесь:
Нынче здесь женихи отсутствовать будут недолго,

160

Очень рано придут, потому что для всех нынче праздник".

   Так сказала. Охотно приказу они подчинились.
Двадцать женщин пошли за водою на ключ черноводный,
Все остальные умело взялись за работу по дому.

   Вскоре и бодрые слуги пришли, хорошо и искусно
Эвмей (Евмей) - раб Одиссея, свинопас, один из немногих слуг, сохранивших верность своему старому хозяину, Пенелопе и Телемаху. Сын царя Ктесия с острова Сирос. В детстве был похищен финикийцами и продан в рабство Лаэрту. Вернувшись на Итаку, Одиссей открылся Эвмею и его помощью справился с женихами. 165 Стали поленья колоть. От ключа воротились с водою
Женщины. Следом за ними Евмей свинопас появился.
Трех он пригнал кабанов, отобравши средь всех наилучших.
Их он оставил пастись на дворе за прекрасной оградой.
Сам к Одиссею потом подошел и приветливо молвил:
170

   "Странник, учтивее ль стали с тобою сегодня ахейцы
Или тебя по-вчерашнему здесь продолжают бесчестить?"

   Так на это ему отвечал Одиссей многоумный:

   "О, если б боги, Евмей, за дела отомстили, какие
Люди нахальные эти творят нечестиво и дерзко  
175

В доме чужом! В них стыда не имеется даже частицы!"

   Так Одиссей с свинопасом вели меж собой разговоры.
Близко козий пастух между тем подошел к ним, Меланфий.
Коз он гнал женихам на обед, между козами всеми
Самых отборных. И два пастуха ему гнать помогали.

180

Под колоннадою гулкой они своих коз привязали,
Сам же Меланфий сказал Одиссею, над ним насмехаясь:

   "Надоедать и теперь еще в доме ты всем тут желаешь,
Клянча подачек себе? Еще не ушел ты отсюда?
Думаю я, что с тобою нам так разойтись не придется.
185

Раньше моих кулаков ты отведаешь! Слишком нахально
Клянчишь ты тут! Ведь не в этом лишь доме пируют ахейцы!"

   Так говорил он. Ему Одиссей ничего не ответил,
Молча только повел головой, замышляя худое.

   Третьим к ним подошел Филойтий, мужей повелитель.
190 Жирных козлов он пригнал с коровой неплодною в город.
Перевезли их туда перевозчики, так же, как прочих
Всех на остров они перевозят людей, кто придет к ним.
Под колоннадою гулкой старательно скот привязал он,
Близко совсем подошел к свинопасу и спрашивать начал:
195    "Кто, скажи мне, прошу я тебя, свинопас, этот странник,
В дом наш недавно пришедший? Каким похвалиться он может
Происхожденьем? Какого он племени? Где он родился?
Он хоть несчастлив, но видом с царем-повелителем сходен.
Боги людей, кто скитается много, в беду повергают,
200

Раз они даже царям - и тем выпрядают несчастье".

   Так он сказал, подошел и, приветствуя правой рукою,
Голос повысив, слова окрыленные страннику молвил:

   "Радуйся много, отец чужеземец! Будь счастлив хотя бы
В будущем! Множество бед в настоящее время ты терпишь! 
205 Зевс, наш родитель! Меж всеми богами ты самый жестокий!
Ты не жалеешь людей, тобою же на свет рожденных,
Ты предаешь их несчастьям и самым тяжелым страданьям!
Потом прошибло меня и ударило в слезы, когда я
Вспомнил, взглянув на тебя, Одиссея. И он ведь, наверно,

Аид (Гадес, Плутон) — бог подземного мира и царства мертвых. Сын Крона и Реи. Брат Зевса, Деметры и Посейдона. Муж Персефоны. Аид — также само царство мертвых. Сюда через реку Ахеронт переправляет души умерших Харон. Здесь протекает священная для людей и богов река Стикс и выходит из недр земли источник Лета, дающий забвение всему земному. Трехглавый свирепый пес Цербер, на шее которого с шипением шевелятся змеи, впускают сюда всех и не выпускает никого. На золотом троне сидит Аид и его жена Персефона. У трона сидят судьи Минос и Радамант, здесь же бог смерти — чернокрылый Танатос с мечом в руках, рядом мрачные Керы, богини мщения Эринии. У трона стоит и прекрасный юный бог Гипнос, он держит в руках головки мака, а из рога льет снотворный напиток, от которого засыпают все, даже Зевс. Царство полно привидений и чудовищ, над которыми властвует трехголовая и трехтелая богиня Геката. 
У римлян — Орк. 		210 Бродит в таких же лохмотьях в каких-нибудь странах далеких,
Если он еще жив и видит сияние солнца.
Если ж его уж не стало и в область Аида сошел он, -
Горе мне, Одиссей безупречный! В стране кефалленцев
Мальчиком малым меня ведь сам он к коровам приставил.
215 Сильно они у меня размножились. Стада такого
Широколобых коров у другого нигде не найдется.
Люди чужие теперь пригонять мне велят на съеденье
Наших коров им, ни сына его не стесняясь, ни кары
Вечных богов не боясь. Они поделить уж готовы 
220 Все богатства давно из отчизны отбывшего мужа.
Мысль; однако, мне в грудь нередко приходит такая:
Очень плохо, конечно, раз сын у него остается,
В край другой удалиться, с коровами этими к людям
Чуждым уйти. Но еще мне противнее, здесь оставаясь,
225 Мучиться, глядя, как люди чужие коров истребляют.
Невыносимо все это терпеть. И я бы давно уж
Стадо с собою увел и к царю перебрался другому.
Жду я, однако, все время, что, может быть, снова вернется
Этот несчастный и всех женихов по домам их разгонит".
230

   Так, отвечая на это, сказал Одиссей многоумный:

   "Ты не походишь, пастух, на плохого иль глупого мужа,
Я убеждаюсь и сам, что мудрость вошла в твое сердце.
Вот что тебе сообщу я, поклявшись великою клятвой:
Будь мне свидетелем Зевс, потом этот стол ваш радушный,
235

Этот очаг Одиссеев, куда приведен я судьбою, -
Ты не успеешь уйти, а домой Одиссей уж вернется.
Сам своими глазами увидишь ты, если захочешь,
Как избивать он начнет женихов, господами тут ставших".

   Так на это в ответ коровий пастух ему молвил:

240

   "О, если б то, что сказал ты, привел в исполненье Кронион!
Ты бы увидел, что есть у меня и сила и руки!"
Всем бессмертным богам и Евмей свинопас помолился,
Чтобы вернулся в свой дом наконец Одиссей многомудрый.

   Так все трое они вели меж собой разговоры. 
245

А женихи в это время готовили смерть Телемаху.
Вдруг высокопарящий орел пролетел перед ними
С левой руки. В когтях его робкая билась голубка.
С речью тогда к женихам Амфином обратился и молвил:

   "Нет, друзья, не удастся нам это решение наше, -
250

Нам не убить Телемаха! Давайте-ка, вспомним о пире!"

   Так сказал Амфином. И одобрили все предложенье.
В дом воротились они Одиссея, подобного богу,
Сняли с плеч плащи и, сложив их на стулья и кресла,
Жирных начали резать козлов и огромных баранов, 
255 Тучных начали резать свиней и корову из стада.
Между собой потроха, поджарив, они поделили
И замешали в кратерах вино. Евмей свинопас им
Чаши раздал, по столам же коровник Филойтий расставил
Хлеб в прекрасных корзинах. Вино разливал им Меланфий.
260 Руки немедленно к пище готовой они протянули.
Хитрость замыслив свою, Телемах посадил Одиссея
Возле порога, внутри построенной прочно столовой.
Там Телемах поместил табурет неприглядный и столик,
Порцию подал отцу потрохов, вина в золотую  
265

Чашу налил и с такими к нему обратился словами:

   "Здесь теперь ты сиди, вино распивая с мужами.
От оскорблений же всех женихов и от рук их тебя я
Сам берусь защитить, ибо этот наш дом - не харчевня.
Это дом Одиссея, его для меня приобрел он.